Главная » 2009 » Ноябрь » 20 » Накануне дня рождения в доме, где жил и творил белорусский писатель
Накануне дня рождения в доме, где жил и творил белорусский писатель
13:12
Корреспондент Еврорадио побывал в городе Рогачёве и увидел комнату и стол, где классик белорусской литературы Владимир Короткевича писал роман "Каласы пад сярпом тваім".
В сознании несведущего читателя места Короткевича — это Орша, где он родился, и Минск, где жил и умер. Однако есть ещё один белорусский город, где Короткевич, по воспоминаниям его друзей, провёл "чуть ли не половину жизни". В Рогачёве были написаны "Ладья отчаяния", "Вино дождей", "Седая легенда", частично "Каласы пад сярпом тваім".
Здесь,
в доме дедушки, дядя Игорь выделил племяннику Володе отдельную комнату.
Короткевич купил туда стол — и ночами писал, писал, писал... Сегодня в
этом доме живёт двоюродный брат Владимира Короткевича Сергей с женой
Тамарой и сыном Василием. Мы вместе с писателем Владимиром Орловым пытаемся
попасть в дом, чтобы увидеть комнату великого писателя. Сергей к гостям отнесся без
особого тепла.
Владимир Орлов: Добрый день, я у вас уже бывал… Сергей: А кто вас пустил сюда?! Владимир Орлов: Ну, мы постучали… Сергей: Как постучали, так и выйдете!.. До свидания!.. Владимир Орлов: Сергей, это — журналисты самых главных белорусских газет. Они хотят вникнуть… Сергей: Идите со своими газетами, мне печь поджигать газет нет... Владимир Орлов: …вникнуть в ваши проблемы, может быть, помочь... С открытой душой приехали люди.… Сергей: Вы никогда ничем не помогали!.. Владимир Орлов: А вдруг в этот раз получится? Сергей: До свидания, я сказал!.. Владимир Орлов: А может быть, вы нас пустите на 5 минут в комнату Владимира Короткевича? Тамара: Ну пожалуйста, зайдите, зайдите!.. Зайдите, я вас прошу!.. Владимир Орлов: Давайте, Сергей, мы зайдём…
Двоюродный
брат писателя недовольно прячется в своей комнате, а Тамара показывает
нам комнату классика. Невероятно, но и через 25 лет после смерти
Короткевича здесь всё осталось на своих местах — стол, его игрушечные
собачки (писатель называл их "своими детьми", потому что настоящих
детей Бог ему не дал), картина, даже обои в комнате те же!..
Тамара: Вот здесь он писал, за этим
столом. Эти картины тоже при нём были. Вот эту, может, он рисовал, или
привёз откуда-то... Это его комната. И здесь всегда чистота и порядок.
Хозяевам уже предлагали другое жильё взамен, чтобы сделать в этом доме музей Короткевича. И Тамара, кажется, не против. Но...
Тамара:
Против хозяин, это на нём дом. Я говорила, а он ни в какую не
соглашается. И ничего не делает, не помогает, абсолютно бомжем стал...
Тамара вспоминает, как Короткевич приезжал к ним за два месяца до смерти, в мае 1984 года.
Тамара: Последний
раз он был в мае месяце. И мы ещё съездили на Вищанскую гору вместе с
ним. Он ещё сказал на меня: я буду крёстным у твоего ребёнка. И
одеяльце прислал, и пододеяльник. Прислал — но не успел...
За
то время, пока мы разговариваем с Тамарой, Сергей немного теплеет,
выходит из своей комнаты — и даже начинает вспоминает вспоминать детали
относительно Короткевича. В частности, его похороны.
Сергей: Обычно такой человек не
признаётся, когда он здесь. Я только осознал в день похорон. Мы сидели
у гроба, и муж племянницы говорит: ну, сколько можно сидеть, пойдём
покурим. Вышли — а там стоит толпа... И это можно понять, если бы детей
из школы отправили. А это же июль... А здесь — целая куча... Я
спрашиваю у Васи: как, что за демонстрация? А он отвечает: на похороны
пришли...
Улица в
Рогачёве, на которой стоит дом Владимира Короткевича, не заасфальтированная и носит имя Чкалова. Таблички о том, что здесь долгое время проживал известный белорусский писатель и творил здесь, на доме нет.
Дом в Рогачёве, где подолгу жил у дяди Владимир Короткевич
Комната Короткевича
За этим столом писались "Колосья под серпом твоим" и "Ладья отчаяния"
Личная игрушка писателя
Кровать, на которой спал Владимир Семёнович
Его чайник
Пейзаж под Рогачёвом, которым часто любовался Владимир Семёнович Короткевич
